410 просмотров

Миротворчество на Донбассе

«За» и «против»

В июле с.г. очередной интригой в вопросе урегулирования конфликта на востоке Украины стали утверждения ряда украинских политиков в высших органах власти нашей страны о возможности новой встречи лидеров «нормандской» группы уже в самое ближайшее время — едва ли не до конца нынешнего лета. При этом она якобы должна создать прорыв в процессе достижения мира на Донбассе, а именно — способствовать решению основных спорных вопросов между Россией и Украиной.

Хотелось бы но вряд ли все это возможно. Ведь проблемы в отношениях сторон по поводу Донбасса имеют принципиальный характер, о чем мы уже не раз писали в наших предыдущих публикациях. Именно это и объясняет ту фактически тупиковую ситуацию, которая сложилась в сфере выполнения Россией Минских договоренностей.

Ну, не будет Москва их выполнять, как бы мы этого не хотели, а тем более на тех условиях, которые они реально предполагают, что полностью противоречит российским интересам.

В свою очередь это полностью оправдывает утверждения украинской стороны, в частности вице-премьер-министра Украины — министра по вопросам реинтеграции временно оккупированных территорий о необходимости пересмотра мирного плана. И это совершенно правильно с учетом тех условий, в которых он был принят в сентябре 2014 года, а потом еще и изменен в пользу России в феврале 2015 года.

Об этом мы также писали. Поэтому не будем отвлекать внимание читателей и посмотрим лишь на то, что же предлагается в рамках изменения Минских договоренностей и какие последствия это будет иметь для Украины. Прежде всего, это касается предложений о размещении в зоне конфликта миротворческой миссии ОБСЕ.

Идея конечно правильная, ведь именно миротворцы и могут стать гарантией предотвращения возможности расширения масштабов военной агрессии России против Украины. Вместе с тем существует несколько проблем, которые существенно усложняют ситуацию и, по сути, делают ее неприемлемой для Украины.

Во-первых, Россия четко определила свое отношение к вопросу возможного размещения миротворческой миссии на Донбассе. Формально,  Москва не против, однако она требует от Украины согласования этого вопроса с «ДНР» и «ЛНР», что равнозначно их фактическому признанию. 

Во-вторых, на сегодняшний день ОБСЕ в значительной мере подвержена влиянию Москвы и в ряде случаев играет на руку России. Как по общеполитическим вопросам, так и в рамках Наблюдательной миссии организации на Донбассе. Поэтому ОБСЕ нельзя полностью доверять, тем более, по такому вопросу, как развертывание миротворческой миссии на Донбассе.

В-третьих, учреждение миротворческой миссии ОБСЕ на Донбассе обязательно будет предполагать наличие в ее составе военного контингента России, как полноправного члена организации. Тем самым Россия сможет узаконить свое военное присутствие в зоне конфликта на востоке Украины, что и является одной из ее целей.

А вот как все это может быть использовано Москвой показывает опыт «миротворчества» России в зонах конфликтов на территории других стран, большинство из которых она сама и организовала. Точно так же, как это было сделано на Донбассе в 2014 году и делается до настоящего времени. Вот это и станет основной темой статьи, несмотря на столь долгое предисловие.

Так, еще со времен бывшего СССР «миротворчество» Москвы имело полностью противоположные цели, чем действия остальных стран мира. В отличии от них, такие цели включали исключительно реализацию своих собственных интересов, в том числе и с применением военной силы.

Свидетельств использования Москвой подобного подхода достаточно много. Более того, они касаются практически всех международных миротворческих операций, в которых принимал участие СССР, а сейчас принимает Россия. Посмотрим только лишь на некоторые примеры.

В частности, в 1947 году, по согласию Москвы, ООН было принято решение об установлении своего протектората над Корейским полуостровом, который был оккупирован СССР и США в конце Второй Мировой войны. В контексте данного решения предусматривалось мирное объединение двух частей бывшей единой Кореи. Несмотря на это, Москва продолжала вооружать Северную Корею, а в 1950 году подтолкнула ее к нападению на Южную Корею. Тем самым СССР пытался взять под свой контроль весь Корейский полуостров, что должно было усилить советские позиции в регионе в рамках «холодной войны» между Советским Союзом и США.

В этой ситуации в июне 1950 года Советом Безопасности ООН была принята резолюция №82, которая осуждала агрессию Северной Кореи и санкционировала ввод в действие миротворческих сил для защиты Южной Кореи. Советский Союз бойкотировал заседание СБ ООН, чем формально снял с себя ответственность за развитие событий на Корейском полуострове.

Вместе с тем, на неофициальном уровне СССР не только не прекратила предоставление военной помощи Северной Корее, но и способствовал вмешательству в войну Китая. Следствием этого стало возникновение масштабного вооруженного конфликта на Корейском полуострове, который продолжался до 1953 года при участии войск двух корейских государств, Китая, а также международных сил ООН во главе с США.

Подобную же позицию в отношении Северной Кореи занимает и нынешняя Россия. На официальном уровне Москва поддерживает решения СБ ООН о вводе санкций против КНДР за разработку Пхеньяном ядерного оружия. В то же время российская сторона продолжает скрытую поддержку Северной Кореи, в т.ч. путем нарушения ограничений ООН на торговлю с КНДР, а также передачи ей военного оборудования и технологий.

Аналогичным образом в 1967 году Москвой был спровоцирован вооруженный конфликт на Синайском полуострове, который имел целью уничтожение Государства Израиль и утверждение советской гегемонии на Ближнем Востоке. Для этого, Советский Союз длительное время усиленно вооружал Египет и другие арабские страны, а также оказывал всестороннюю помощь в подготовке их войск. Одновременно он активно натравливал их на Израиль, что и создало условия для военного столкновения в регионе.

Так, в мае 1967 года СССР передал руководству Египта сфабрикованную фальшивку про намерения Израиля свергнуть правящий режим в Сирии для чего Тель-Авив якобы сосредотачивает свои войска вблизи сирийской границы. Правительство Израиля немедленно опровергло подобные обвинения и предложило советскому послу в стране лично убедиться в этом. Однако он отбросил израильское предложение, что развязало руки Египту.

На основе фальсификаций СССР, Египет потребовал от ООН немедленно вывести миротворческие силы с Синайского полуострова, который был провозглашен демилитаризованной зоной. Под давлением Москвы Совет Безопасности ООН был вынужден выполнить это требование, что позволило Египту перебросить свои войска к границе Израиля и напасть на него. И только низкая боеспособность арабов, несмотря на советское оружие, подготовку и советников, не позволила СССР реализовать свои планы.

Опыт Советского Союза в «миротворческой» сфере был в полной мере использован Россией на постсоветском пространстве. Сутью такой стратегии стало провоцирование конфликтов в странах бывшего СССР с дальнейшим вмешательством в них под видом миротворческих операций. За счет этого были созданы условия для военного присутствия России в бывших советских республиках, как рычага влияния на них, а кроме того, российские «миротворцы» не только стали гарантией безопасности сепаратистов, но и базой для подготовки их вооруженных формирований. И конечно же, они создавали плацдармы для дальнейшей агрессии Москвы. 

Именно такие подходы были применены Москвой в начале 1990-х годов в отношении Молдовы и Грузии. Так, в 1992 году при прямом участии России, а также военной помощи с ее стороны, в восточной части Молдовы была создана так называемая Приднестровская Молдавская Республика (ПМР), что привело к вооруженному конфликту в регионе. Именно это и позволило Москве сохранить свое военное присутствие в Молдове под видом ее миротворческих сил в ПМР. Кстати говоря, тех же самых подразделений бывшей 14-й армии СССР, которые выступали на стороне сепаратистов в их противостоянии с Молдовой.

Тогда на пике конфликта Молдова была вынуждена согласиться с этим в целях сохранения хотя бы части страны. И вот теперь российские «миротворцы» находятся в Молдове вот уже около 30 лет, и не только не способствуют урегулированию конфликта, но и остаются основным гарантом безопасности сепаратистов и главным источником напряженности в регионе.  А все попытки Кишинева уйти от этого, в том числе заменить миротворческие силы в ПМР во главе с Россией, на гражданскую полицейскую миссию ОБСЕ, откровенно блокируются Москвой.   

В том же 1992 году за счет аналогичных действий Россия навязала Грузии такую же миротворческую миссию в зоне грузино-осетинского конфликта, что позволило Москве легализировать присутствие российских войск также и на грузинской территории. В августе 2008 года именно эти силы и стали передовым эшелоном российского военного вторжения в Грузию.

«миротворчество»

Подобный же характер имело и такое же самое «миротворчество» России на Балканах. По сути, оно было направлено не не урегулирование вооруженного конфликта в регионе, а на поддержку агрессии Сербии против других стран бывшей Югославии и сербских сепаратистов  на их территории.      

В частности, в состав миротворческой миссии ООН  UNPROFOR, которая была основана в феврале 1992 года, входили два российских батальона. Первый из них выполнял задачи в Боснии и Герцеговине (БиГ) в районе города Сараево. Однако он не только не препятствовал обстрелу сербами города, но и фактически способствовал им.

Другой батальон находился в Восточной Славонии вблизи реки Дунай и контролировал границу между Сербией и Хорватией. При этом он никоим образом не препятствовал действиям Сербии, которая поставляла оружие и направляла боевиков для подкрепления сепаратистов в Сербской краине на территории Хорватии. И только после того, как сербско-хорватская граница перешла под контроль НАТО, все подобные вопросы были сняты.

Югославия 1999 г.

Позднее, в 1999 году Россия открыто вмешалась в операцию НАТО «Союзническая сила» в Косово, которая имела целью прекращение репрессий Сербии против албанского населения края. Поводом для этого стало подписание соглашения между Союзной Республикой Югославией (СРЮ, а фактически Сербией) и НАТО о выводе войск и полиции СРЮ из Косова и размещении там международных миротворческих сил. Ввод таких сил предусматривался через международный аэродром «Слатина», поскольку только он мог принять тяжелые военно-транспортные самолеты НАТО.

В ночь с 11 на 12 июня 1999 года, накануне начала реализации упомянутого выше соглашения, Россия перебросила на аэродром одно из своих подразделений из состава миротворческого батальона в БиГ и заблокировала его. После этого планировалось перебросить на аэродром еще до двух полков воздушно-десантных войск с тяжелой техникой. Однако Венгрия и Болгария отказали России в предоставлении ей коридоров через свое воздушное пространство.

Подобный подход Москва уже пыталась применить и в зоне конфликта на Донбасса. Так, еще летом 2014 года она направила туда подразделения своих войск из состава так называемой 15-й миротворческой бригады Центрального военного округа ВС РФ. Но тогда жесткая позиция Украины, включая проведение АТО, не позволили ей сделать этого. И вот сейчас мы своими собственными руками можем помочь России достичь ее целей.

Так что миротворцы на Донбассе, конечно нужны но только с соблюдением интересов Украины. А это значит — никаких российских войск на нашей территории, в том числе и в виде миротворческих сил под эгидой ОБСЕ. И еще — никаких соглашений с сепаратистами ни по этому, ни по какому бы то ни было другому поводу.

И вот тут возникает самый главный вопрос: а может ли это быть в принципе реализовано? Очевидно что нет. Ни Москва, ни ее ставленники в «ДНР» и «ЛНР» не согласятся с этим, что и показывает категорический отказ Кремля идти навстречу Украине по любым вопросам, которые не отвечают его целям. А потому не имеют перспектив и никакие предложения Украины по поводу миротворческой операции на Донбассе под эгидой ОБСЕ. По крайней мере, с точки зрения урегулирования конфликта на основе наших интересов.

В реальности нам нужно совсем другое, а именно — максимальное расширение военного присутствия США и НАТО на украинской территории. Прежде всего — на востоке Украины (за позициями нашими войсками в зоне конфликта на Донбассе), а также в Азовско-Черноморском регионе. Только это и может стать настоящим фактором сдерживания России.