367 просмотров

Война от Донбасса до Дагестана. К чему может привести возобновление противостояния на Северном Кавказе.

Как показали результаты местных выборов в России в сентябре этого года, В.Путин и его команда уверенно теряют свою власть в стране. Пока это еще только касается отдельных районов Российской Федерации, в основном, на Дальнем Востоке. Но не за горами уже и выборы в других регионах, которые планируются в следующем году.

А чего еще следовало ожидать после того, что произошло с Россией в результате преступной авантюры В.Путина в Украине и Сирии, а потом и конфликта со всем цивилизованным миром. И санкции, санкции, санкции, которые уже подорвали российскую экономику, а с ней обрушили и уровень жизни в стране.

В общем, «холодильник победил телевизор». И люди начали голосовать вовсе не за В.Путина, который уже просто всех достал с его безумными идеями, а совсем за других людей и политические силы, в надежде на лучшее. Или хотя бы хоть какие-то изменения в стране. Именно это и обещает оппозиция, которая отчаянно рвется к власти и уже фактически получила ее в ряде российских областей.

Как и следовало ожидать, это сразу же почувствовали, как заправилы большого бизнеса в России, так и местные «князьки», «ханы» и «эмиры». И как в 1990-х годах они сразу же «потянули одеяло на себя». В частности, полным провалом окончились попытки правительства РФ отнять «сверхдоходы» у крупных российских компаний, которые экспортируют за рубеж какие-то либо товары, кроме нефти и газа. Они просто отказались отдавать деньги и остались при своих без всяческих последствий для них.

Что уже тут говорить о Северном Кавказе, который всегда занимал особое место в России. Там сразу же начались «разборки» между местными кланами, еще совсем недавно сдерживаемые Москвой. Оценив слабину федерального центра, первый ход сделал лидер Чечни Р.Кадыров, решивший переделить границу с Ингушетией.

Ну кто и в чем может ему отказать, а тем более соседи, которые как огня боятся подобного соседства. Именно это и показал глава Ингушетии Ю.Евкуров, который, не мешкая, подписал договор с Р.Кадыровым о передаче ему части Надтеречного района своей республики под видом обмена ее на такой же кусок Малгобекского района Чечни.

Но не тут-то было. Против подобной сделки выступили простые ингуши, которые не захотели отдавать свои земли чеченцам. Акции протестов в Ингушетии начались еще 25 сентября с.г. – за день до подписания договора. А с началом октября они развернулись в полную силу. Больше всего людей – около 40 тысяч — собралось в столице Ингушетии городе Магас, где был начат бессрочный митинг под лозунгами отмены договора с Чечней вместе с отставкой как самого Ю.Евкурова, так и депутатов местного парламента. При этом на сторону оппозиции перешло местное духовенство вместе с ингушской полицией, которая не пропустила в Магас подразделения Росгвардии.

Тем самым Москва впервые с начала 2000-х годов фактически потеряла контроль над одним из субъектов страны. Более того, возникла прямая угроза новой войны на Северном Кавказе, теперь уже между Чечней и Ингушетией. Так, в ответ на акции протестов в Ингушетии лидер Чечни Р.Кадыров выступил с прямой угрозой решить вопрос силой. И обе стороны возможного конфликта тут же начали стягивать подкрепления из состава своих диаспор в других регионах России.

Конечно, Москва пока еще сможет разобраться и с Ингушетией, и с Чечней. Но хватит ли Росгвардии у Путина на следующий раз. Тем более, что аналогичные проблемы существуют и в других республиках Северного Кавказа, в частности, в Кабардино-Балкарии. Причем, как показывает жизнь, они могут перерасти в вооруженное противостояние  по любому, даже самому ничтожному поводу.

Именно это и показал недавний конфликт в республике между кабардинцами и балкарцами в том же сентябре этого года. Первые стычки между представителями двух «братских» народов начались 17 сентября в селе Кенделен.

Группа кабардинской молодежи в конном строю пыталась пройти через него для того, чтобы совершить восхождение на гору Кандал. Там 310 лет назад произошла историческая битва, в которой кабардинцы разгромили войско крымских татар. Однако, проход участников акции через село был заблокирован местным балкарским населением, что и привело к столкновениям.

На следующий день они перекинулись и на другие населенные пункты Кабардино-Балкарии, в т.ч. Нальчик и Баксан. Стычки продолжались несколько дней, и опять же были прекращены только после вмешательства Росгвардии, которая силой разогнала участников конфликта. При этом было арестовано несколько десятков человек. Но, как и в случае с Чечней и Ингушетией, проблема вовсе не была решена, а всего лишь временно приглушена. А вот исторические противоречия между кабардинцами и балкарцами, как и другими нациями и народностями Северного Кавказа, как были, так и остались.

Однако это еще не все. Как и Ближний Восток, Северный Кавказ был и остается ареной действий исламских экстремистов, которые ведут упорную войну за контроль над регионом. И хотят превратить его в часть всемирного исламского халифата, не считаясь ни с какими жертвами и потерями. А ситуация, которая складывается в России, позволяет им развернуть свою войну в полную силу.

Как и в период первой и второй чеченских войн, новости из региона уже напоминают сводку боевых действий. А происходят там действительно страшные события. И начались они практически в то же самое время, когда путинский режим начал сдавать свои позиции. Возьмем только несколько примеров для того, чтобы понять, куда ведет все это.

Так, 3 мая с.г. в Цумадинском районе Дагестана, откуда именно и началась вторая чеченская война, был в очередной раз объявлен режим контртеррористической операции (КТО). Спецназ ФСБ схлестнулся с группой боевиков, известной как цумадинский отряд так называемого Исламского государства Ирака и Леванта (ИГИЛ). Вот уже много лет эту исламистскую организацию безуспешно пытаются запретить в России.

А 19 июня произошел совсем уже вопиющий факт. За вербовку террористов в интересах ИГИЛ был арестован глава Кучерлинского сельсовета Туркменского района Ставропольского края Мухарен Орозбаев. Используя свое служебное положение, глава муниципального образования склонял к терроризму местную молодежь.

Думаете, это помогло? Как бы ни так. 20 августа боевики с гранатами и ножами напали на полицейских в нескольких районах Чечни. Среди нападавших были даже дети 10-11 лет, что еще раз подтверждает массовый характер повстанческого движения на Северном Кавказе.

В сентябре не полегчало. 18 сентября в Ачхой-Мартановком районе Чечни были убиты трое боевиков. Инцидент произошел на границе с Ингушетией. А 27 сентября режим КТО был объявлен уже в Буйнакском и Кумторкалинском районах Дагестана.

И вот так практически каждый день. Казалось бы, что до этого Украине, в т.ч. и ее оккупированным территориям на Донбассе? Где они и где Чечня с Ингушетией и Кабардино-Балкарией? Но ведь не зря же Донбасс называют «воротами Северного Кавказа». Действительно, он, этот Северный Кавказ, начинается с Ростова, который находится не так уж далеко от Донецка и Луганска. А ситуация в Ростовской области России также находится на грани социального взрыва. И он обязательно произойдет в результате дальнейшего ухудшения состояния российской экономики под действием западных санкций.

Тем самым, уже в ближайшем будущем может возникнуть сплошная зона конфликта от Донецка и Луганска на украинском Донбассе и до российского Дагестана на Каспийском море. И никакая Росгвардия вместе со всеми вооруженными силами России не смогут воспрепятствовать этому. Хотя они, конечно, попытаются сделать это, как уже сделали в Чечне и сейчас делают в Сирии.

А вместе с Ростовом и Северным Кавказом под «раздачу» попадут и «ДНР» с «ЛНР». Именно туда и хлынут беженцы и боевики из соседних регионов России. А вместе с ними придет и новая война. Кстати говоря, в 2014 году чеченцы на Донбассе уже были. И Москва не только не скрывала этого, но и, наоборот, показывала их по всем телевизионным каналам как защитников «русского мира». Вот скоро они и вернутся туда обратно. И устроят там свой мусульманско-террористический мир вместе со всеми вытекающими отсюда последствиями. Вот только что будет с местными жителями, которые еще не успели покинуть Донбасс?